"Индивидуально-авторская модель предметного мира в поэтических текстах А.А. Тарковского"

Автор: Мозгунова Людмила Александровна
Должность: магистрант
Учебное заведение: Гуманитарный институт филиала САФУ в г. Северовдинске
Населённый пункт: Северодвинск
Наименование материала: статья
Тема: "Индивидуально-авторская модель предметного мира в поэтических текстах А.А. Тарковского"
Дата публикации: 10.06.2016







Вернуться назад       Перейти в раздел





Текстовая часть публикации

Поэзия Арсения Тарковского стала фактом литературного процесса только в шестидесятые годы XX столетия, большую же часть своей творческой жизни поэт был неизвестен читателю, хотя начинал свою поэтическую деятельность Арсений Тарковский в конце двадцатых годов. Более глубокому пониманию созданных автором произведений способствует погружение в его жизнь. Большинство изданий, посвященных А.А. Тарковскому носят биографический характер и содержат воспоминания о поэте либо повествуют о жизни семьи Тарковских, о их родословной. Таким образом, биография поэта изучена достаточно хорошо (работы П.Д. Волковой, А.П. Лаврина и П. Педиконе и др.), а вот серьезных литературоведческих, как и лингвистических, работ о Тарковском совсем немного. В свете одной из основных задач современного литературоведения – создания целостной картины развития русской литературы XX века – при изучении творчества Тарковского на первый план выходит определение места поэта в литературном процессе XX века, соотнесение творчества Тарковского с существовавшими литературными школами и направлениями, установление его литературного генезиса. Этому и посвящены диссертации Е.Н. Верещагиной [2], Т.Л. Чаплыгиной [7]. Исследователи приходят к выводу, что лирика Арсения Тарковского продолжает традиции поэзии Серебряного века и трансформирует их. Несколько исследовательских работ посвящено моделированию и созданию авторской пространственно-временной картины мира на материале лирики Арсения Александровича Тарковского. [1, 5]. В работе О.С. Боковели выявлено, что модель мира в философской лирике А.А. Тарковского является категорией, отражающей наиболее существенные связи и отношения в творчестве поэта. С.А. Мансков [3], приходит к выводу, что культурное единство мира поэта сформировалось благодаря совершенно особому творческому методу, который объединил в себе мифологическую, религиозную, историческую формы сознания; культурные системы, имманентные Средневековью, Возрождению, «золотому» и «серебряному» веку русской литературы (культуры) и др. Поэт трансформировал это в собственную культурную парадигму, специфика которой обусловлена лирическим субъектом. В сравнительно-сопоставительном аспекте выполнены исследования К.В. Загородневой, С.Н. Руссовой, А.Н. Кривомазовой, в которых устанавливаются связи лирики А. Тарковского и других поэтов (Заболоцкого, Кушнера, Рейна, Цветаевой) («Поэтический «Диалог перед картинами» Ван Гога: А. Тарковский, А. Кушнер, Е. Рейн» К.В. Загороднева; «Н. Заболоцкий и А. Тарковский. Опыт сопоставления» С. Руссовой; «Арсений Тарковский и Марина Цветаева» А.Н. Кривомазова). Названные исследования являются в большинстве своем литературоведческими, обладают высокой степенью значимости для теории и истории литературы и посвящены рассмотрению моделирования картины мира в фундаментальных категориях времени и пространства, выявлению философских основ художественной картины мира А.А. Тарковского. В связи с
этим особый интерес представляет изучение индивидуально-авторской картины мира Арсения Александровича Тарковского. Под художественной картиной мира мы понимаем вслед за Б.С. Мейлахом воссоздаваемое всеми видами искусств синтетическое панорамное представление о конкретной действительности в тех или иных пространственно-временных диапазонах [4,296]. Авторская художественная картина мира – это специфическая форма мировосприятия, которая выступает как альтернатива реальному миру и представляет собой результат внутренней работы автора, его творческой деятельности, поэтому она носит индивидуальный (субъективный) характер. Авторская картина мира в поэзии моделируется явлениями и предметами, окружающими лирического героя, чувствами, испытываемыми в связи с описываемыми переживаниями. В нашей работе мы обращаемся к предметному миру поэзии Арсения Тарковского. В «Философском энциклопедическом словаре» предмет – это вещь – физический, принадлежащий внешнему миру предмет [6]. На данном этапе исследования мы остановимся на этом понимании и будем определять для себя предмет как то, что создано руками человека. Материалом исследования выступают около 200 контекстов, содержащих наименования конкретных предметов, которые принадлежат материальному миру. В ходе анализа контекстов выделено несколько тематических групп: – наименования предметов одежды, обуви, ее частей (слова платье, сорочка, платок, пальто, босоножки, каблук и др.). Например, Верно, еще рассыпается гравий / Под осторожным ее
каблуком
; По тротуару бегут
босоножки
, / Дождь за ними гонится, / Бьется сердце, / Мешает
платье
, / И розы намокли. – наименования музыкальных инструментов и их отдельных частей (слова скрипка, литавры, барабан, струна, арфа, флейта и др.). Например, Сам не знаю, кто выстругал / бедную
скрипку
мою, / Знаю только, что песнями / я, как цикада, богат; Я учился траве, раскрывая тетрадь, / И трава начинала как
флейта
звучать. – наименования инструментов, орудий труда ( топор, плуг, гончарный круг, нож, лопата и др.). Например, Я сам без роду и без племени / И чудом вырос из-под рук, / Едва меня
лопата
времени / Швырнула на
гончарный круг
;
Сверло
воды проходит снова / Сквозь жесткий щит материка. – наименования продуктов питания (слова хлеб, вино, буханка и др.). Например, И пока на земле я работал, приняв / Дар студеной воды и пахучего
хлеба
. Самую крупную тематическую группу (58 контекстов) составляют контексты, связанные с образом дома. Дом воспринимается лирическим героем как нечто, отделенное от внешнего мира, защищенное, обладающее собственной организацией место: Я так любил
домой
прийти к рассвету / И в полчаса все вещи переставить ; Отвечает мне старуха: / – А тебе в твоем
дому
/ Хорошо ли одному? Внутренняя организация данной группы контекстов неоднородна: в нее входят контексты, содержащие наименования, различные по денотативной
соотнесенности с домом как с жилищем человека. Первую группу составили контексты, в которых употребляются наименования частей дома как сооружения. Например, Даже адрес потерял я, даже имя позабыл / И потом любил другую, ту, что горше всех любил . / А идешь – и капнет с
крыши
: дом и ниша у ворот, / Белый шар над круглой нишей, и читаешь: кто живет? ; Ты не слышишь меня, голос мой – как часы за
стеной
, / А прислушайся только – и я поведу за собой, / Я весь дом подыму: просыпайтесь, я сторож ночной! Важной частью дома как строения является окно. Окно – взгляд в другой мир, находящийся вне дома. В таких стихах лирический герой – наблюдатель, защищенный стенами дома, но способный многое видеть, а окна – это и то, через что в жизнь героя проникают приметы внешнего мира: Ребенок идет босиком по тропинке, / Несет землянику в открытой корзинке, / А я на него из
окошка
смотрю, / Как будто в корзинке несет он зарю ; Все же / Понемногу отворяются
окна
, / В серебряной чешуе мостовые, / Дети грызут ледяные орехи. Вторую группу составляют контексты, в которых употребляются предметы домашнего обихода, предметы быта, мебель и др. Например, Выпало лето холодной иголкой / Из онемелой руки тишины… / И запропало в потемках за
полкой
/ За штукатуркой мышиной стены ; Зеленые рощи, зеленые рощи, / Вы горькие правнуки древних лесов, / Я – брат ваш, лишенный наследственной мощи, / От вас ухожу, задвигаю
засов
. На данном этапе исследования можно сделать вывод о постепенном расширении пространственного восприятия. Наряду с произведениями, содержащими наименования предметов из семантической группы ДОМ (наименования дома и его частей, предметов домашнего обихода, предметов быта, мебели и т.д.) появляются произведения, содержащие контексты другой локализации (вокзал, перрон, теплушка, госпиталь и т.д.), что хронологически связано с биографическими перипетиями судьбы поэта (участием в Великой Отечественной войне, ранением, демобилизацией). После 1950 года внимание А. Тарковского снова переключается на образ дома и привычные обиходные предметы. Обращение к анализу контекстов, содержащих наименования предметов, позволяет, на наш взгляд, проследить, как формируется индивидуально-авторская картина мира поэта, как моделируется пространство, вещный мир, какие предметы в тот или иной период жизни автора несут наибольшее значение и смысловую нагрузку. Список использованной литературы 1. Боковели, О.С. Модель мира в философской лирике А.А. Тарковского Текст.: автореф. дисс. канд. филол. наук: 10.01.01 / О.С. Боковели; Хакасский государственный университет имени Н.Ф. Катанова. – Абакан, 2008. 2. Верещагина, E.H. Поэзия Арсения Тарковского в контексте традиций Серебряного века Текст.: автореф. дисс. канд. филол. наук: 10.01.01 / E.H. Верещагина; Вологодский государственный педагогический университет. Вологда, 2005. - 22 с. 3. Мансков С.А. Поэтический мир Арсения Тарковского (Лирический
субъект. Категориальность. Диалог сознаний). Автореф. дис. канд. филол. наук. Барнаул, 2001. 4. Мейлах Б.С. Процесс творчества и художественное восприятие: Комплексный подход: опыт, поиски, перспективы. – М., 1985. 5. Павловская, И.Г. Образы пространства и времени в поэзии Арсения Тарковского Текст.: автореф. дисс. канд. филол. наук: 10.01.01 / И.Г. Павловская; Волгоградский государственный педагогический университет. – Волгоград, 2007. 6. Философский энциклопедический словарь / ред.-сост. Е.Ф. Губского [и др.]. — М.: ИНФРА-М, 2006. — 574 с. 7. Чаплыгина, Т.Л. Лирика Арсения Тарковского в контексте поэзии Серебряного века Текст.: автореф. дисс. канд. филол. наук: 10.01.01 / Т.Л. Чаплыгина; Ивановский государственный университет. - Иваново, 2007. – 16 с.