БОУ ДПО (ПК) С «Чувашский республиканский институт образования» Минобразования Чувашии Кафедра филологии
Подготовка учащихся к олимпиаде по русской литературе

(интертекстуальный анализ)
Выполнил слушатель курсов повышения квалификации, учитель русского языка и литературы МБОУ «Гимназия № 46» г.Чебоксары Чебоксары 2016 год
ПЛАН


I.

ВВЕДЕНИЕ.

С. 3

II.

ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНЫЙ МЕТОД АНАЛИЗА

ЛИТЕРАТУРНОГО ТЕКСТА

С. 4

ГЛАВА 1

С. 4

1.1 ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНОСТЬ.

С. 4

1.2 ТИПЫ ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ

С. 6

ГЛАВА 2

С. 8

ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ

С. 8

III.ЗАКЛЮЧЕНИЕ

С. 15

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

С. 17

I.

ВВЕДЕНИЕ.
Литература является одним из важнейших средств формирования мировоззрения и общественной позиции школьников. Литература занимает центральное место в формировании и утверждении культурного самосознания 2
российского общества, это сокровищница духовно-нравственных ценностей, олицетворение нации, отражение истории народа. Общество всегда нуждалось в творческих гармонично развитых личностях. В настоящее время наблюдается повышенный интерес к проблемам выявления, обучения и развития одаренных детей. Методические подходы подготовки обучающихся к олимпиадам могут быть различными. Каждый учитель, работая в системе образования, использует на практике личный опыт, опыт своих коллег, всевозможные существующие на сегодняшний день методические разработки и рекомендации при изучении лучших образцов классической литературы. В последние годы стремительно растёт количество участников олимпиад, в том числе и гуманитарного цикла. Необходима квалифицированная и интересная система подготовки мотивированных обучающихся к олимпиадам, чтобы массовость переросла в качество подготовки. Подготовка к олимпиаде становится предметом для деятельности методических объединений и сообществ. Известно, что олимпиада выявляет одарённых (высокомотивированных) детей, но главное – способствовать творческой деятельности обучающихся. С каждым годом всё больше и всё чаще в олимпиадных заданиях по литературе (на разных этапах) встречаются задания по анализу предложенного текста. Сегодня мне бы хотелось более подробно поговорить об интертекстуальном анализе текста.
II.

ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНЫЙ МЕТОД АНАЛИЗА ЛИТЕРАТУРНОГО

ТЕКСТА

ГЛАВА 1

1.1 ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНОСТЬ.
3
Интертекстуальность – термин, введенный в 1967 теоретиком постструктурализма Юлией Кристевой (р. 1941) для обозначения общего свойства текстов, выражающегося в наличии между ними связей, благодаря которым тексты (или их части) могут многими разнообразными способами явно или неявно ссылаться друг на друга. Текст функционирует с учетом «эстетического общения», в процессе которого адресат (читатель) должен воспринять интенции автора и проявить творческую активность. Тот или иной художественный текст, к которому обращается читатель, вызывает у него определенные «ожидания», которые обычно обусловлены заложенными в сознании адресата представлениями о проблематике, композиции и типовых характеристиках текста, продиктованных прежде всего его жанром. Дальнейшее же «истолкование», как правило, уже связано с вниманием к развертыванию образов, к повторам, последовательности и особенностям сочетаемости языковых средств разных уровней. Художественный текст связан с другими текстами, отсылает к ним или вбирает в себя их элементы.Эти межтекстовые связи влияют на его смысл или даже определяют его. Так, например, стихотворение И. Бродского «На смерть Жукова» Вижу колонны замерших внуков, гроб на лафете, лошади круп. Ветер сюда не доносит мне звуков русских военных плачущих труб. Вижу в регалии убранный труп: в смерть уезжает пламенный Жуков. Воин, пред коим многие пали стены, хоть меч был вражьих тупей, блеском маневра о Ганнибале напоминавший средь волжских степей. Кончивший дни свои глухо, в опале, как Велизарий или Помпей. Сколько он пролил крови солдатской в землю чужую! Что ж, горевал? Вспомнил ли их, умирающий в штатской белой кровати? Полный провал. Что он ответит, встретившись в адской области с ними? «Я воевал». К правому делу Жуков десницы больше уже не приложит в бою. Спи! У истории русской страницы хватит для тех, кто в пехотном строю смело входили в чужие столицы, но возвращались в страхе в свою. 4
Маршал! поглотит алчная Лета эти слова и твои прахоря. Все же прими их - жалкая лепта родину спасшему, вслух говоря. Бей барабан, и военная флейта, громко свисти на манер снегиря . ( 1974) соотносится с державинской эпитафией А.В. Суворову «Снигирь» Что ты заводишь песню военну Флейте подобно, милый Снигирь? С кем мы пойдем войной на Гиену? Кто теперь вождь наш? Кто богатырь? Сильный где, храбрый, быстрый Суворов? Северны громы в гробе лежат. Кто перед ратью будет, пылая, Ездить на кляче, есть сухари; В стуже и в зное меч закаляя, Спать на соломе, бдеть до зари; Тысячи воинств, стен и затворов С горстью россиян всё побеждать? Быть везде первым в мужестве строгом; Шутками зависть, злобу штыком, Рок низлагать молитвой и богом; Скиптры давая, зваться рабом; Доблестей быв страдалец единых, Жить для царей, себя изнурять? Нет теперь мужа в свете столь славна: Полно петь песню военну, Снигирь! Бранна музыка днесь не забавна, Слышен отвсюду томный вой лир; Львиного сердца, крыльев орлиных Нет уже с нами! – что воевать? (1800) и преобразует его образы, мотив же бренности славы восходит к стихотворению Г.Р. Державина «Река времен...». Кроме того, строки «Бей, барабан...» в этом тексте представляют собой, с одной стороны, автореминисценцию, с другой — отсылают к стихотворению Г. Гейне и в результате сближают образы полководца и поэта. Учет межтекстовых связей может служить одним из «ключей» к интерпретации литературного произведения. Так, стихотворение 1909 г. замечательного поэта Серебряного века В. Комаровского: И горечи не превозмочь, —Ты по земле уже ходила — И темным путником ко мне стучалась ночь, Водою мертвою поила... — 5
может быть истолковано только посредством обращения к «Ворону» Э. По, мотивами которого являются стук в дверь, ночная тьма, мертвая вода и горечь утраты. Межтекстовые (интертекстуальные) связи выявляют подтекст произведения и определяют его полифонию (многоголосие), которая обусловлена обращением к «чужому» слову с присущими ему смыслами и экспрессивно-стилистическим ореолом.
1.2 ТИПЫ ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ
Уровни интертекстуальности "Чужое слово" в тексте – это "линза", через которую можно увидеть "оптическое поле" произведения (Арнольд И.). Поскольку интертекстуальные связи разнообразны по характеру и проявляются на разных уровнях текста – звуковом, семантическом, структурном, идейном, композиционном, сюжетном – исследователь З.Я. Тураева предлагает несколько классификаций, учитывающих: - интертекстуальность по степени связанности текста и прототекста (глобальная связь или частное соответствие); - соотнесенность "чужого слова" со словесными текстами или другими знаковыми системами (живопись, скульптура, музыка, фольклор); - связь интертекстового элемента с предметным миром – по типу иконического знака; - интертекстуальность на основе общности персонажей. Наиболее общая классификация межтекстовых взаимодействий принадлежит французскому литературоведу Жерару Женетту. В его книге «Палимпсесты: литература во второй степени» (1982; рус. перевод 1989; палимпсест –рукопись, написанная поверх другого текста, счищенного для повторного использования писчего материала, обычно пергамента, элементы старого текста иногда проступают в новом; отсюда – эта популярная метафора для обозначения 6
интертекстуальных отношений) предлагается пятичленная классификация разных типов взаимодействия текстов: - интертекстуальность как соприсутствие в одном тексте двух или более текстов (цитата, аллюзия, плагиат и т.д.); - паратекстуальность как отношение текста к своему заглавию, послесловию, эпиграфу; - метатекстуальность как комментирующая и часто критическая ссылка на свой претекст; - гипертекстуальность как осмеяние или пародирование одним текстом другого; - архитекстуальность, понимаемая как жанровая связь текстов. Функции интертекста Варьированные и неварьированные цитаты выполняют различные функции: - играют роль авторитетного фольклорного или литературного свидетельства; - указывают на изменение или, наоборот, "вечную неизменность" образов, сюжетов, символов; - расширяют семантику текста за счет подключения различных ассоциаций, "культурных отсылок"; - служат средством характеристики персонажа; - передают колорит изображаемой эпохи; - формируют необходимый баланс эстетических отношений между автором произведения и адресатом. Интертекстуальность можно рассматривать с двух позиций – читательской и авторской. С точки зрения читателя, способность выявления в том или ином тексте интертекстуальных ссылок связана с установкой на более углубленное понимание текста или предотвращение его недопонимания за счет выявления его многомерных связей с другими текстами. 7

ГЛАВА 2

ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ
Интертекстуальный анализ направлен на выявление межтекстовых ассоациативных связей, приёмов, служащих созданию таких связей, - фигур интертекста. К числу приёмов этого класса относятся различные типы цитирования, текстовая аппликация, текстовая аллюзия, а также парафраз текста, цитаты или крылатых слов. 1 Различные проявления интертекстуальности известны с незапамятных времен, возникновение соответствующих термина и теории именно в последней трети 20 в. представляется неслучайным. Значительно возросшая доступность произведений искусства и массовое образование, развитие средств массовой коммуникации и распространение массовой культуры привели к очень сильной семиотизации человеческой жизни, к ощущению того, что, по выражению польского парадоксалиста Станислава Ежи Леца, "Обо всем уже сказано. К счастью, не обо всем подумано". Подобно тому как семиотика - наука об общих свойствах знаковых систем - формировалась путем распространения на них результатов изучения естественного языка, теория интертекстуальности складывалась главным образом в ходе исследования интертекстуальных связей в художественной литературе. Однако в действительности сферы ее бытования много шире. Во-первых, она присуща всем словесным жанрам, а не только изящной словесности. Во-вторых, интертекстуальность имеет место не только в текстах в узком смысле, т.е. словесных (вербальных), но и в текстах, построенных средствами иных, нежели естественный язык, знаковых систем. Интертекстуальные связи устанавливаются между произведениями изобразительного искусства, архитектуры, музыки, театра, кинематографа. 2 Интертекстуальность можно описывать и изучать с двух позиций – читательской и авторской. С точки зрения читателя, способность выявления в том или ином тексте интертекстуальных ссылок связана с установкой на более 1 2  Источник - Понятие интертекста. Теория интертекстуальности на сайте "Слово Текст Язык" 8
углубленное понимание текста или предотвращение его недопонимания за счет выявления его многомерных связей с другими текстами. Например, строки Е.Баратынского: Меж мудрецами был чудак: «Я мыслю, – пишет он, – итак, Я, несомненно, существую» становятся до конца понятными только при обращении к знаменитой фразе Декарта «Мыслю, следовательно, существую» (лат. Cogito ergo sum). С точки зрения автора, интертекстуальность – это (в дополнение к установлению отношений с читателем) также способ порождения собственного текста и утверждения своей творческой индивидуальности через выстраивание сложной системы отношений с текстами других авторов. Это могут быть отношения идентификации, противопоставления или маскировки. 3 Художественный текст может рассматриваться в нескольких аспектах. Во- первых, он возникает и развертывается по поводу того или иного реального или воображаемого предмета (референта) или ситуации, о которой идет речь, этот аспект текста может быть назван референциальным. Во-вторых, любой текст рождается в условиях коммуникации «автор — читатель» и отображает ее: в нем учитывается возможная точка зрения адресата, используются различные средства воздействия на него, моделируется его образ. Обращение к адресату (адресатам), соотнесенность изображаемого с его «ожиданием» и оценками позволяют выделять коммуникативный аспект рассмотрения текста. Однако любой текст, как и любое высказывание, не существует изолированно, вне связи с другими. Он часто возникает как отклик на уже существующее литературное произведение, как реакция на него ответная «реплика» в диалоге текстов, он включает и преобразует «чужое» слово, приобретая при этом смысловую множественность. Вспомним, например, рассказ И.А. Бунина «В одной знакомой улице...», в котором цитаты из стихотворения Я.П. Полонского 3  Там же. 9
служат импульсом для порождения монолога-воспоминания, членят его и играют важную роль в организации текста. Художественное произведение приобретает необходимую смысловую полноту только благодаря его соотнесенности и взаимодействию с другими в общем межтекстовом (интертекстуальном) пространстве культуры, в котором текст оказывается «мозаикой цитат» (Ю. Кристева), «эхокамерой» (Р. Барт), сохраняющей «чужие звуки», «палимпсестом» (Ж. Женетт), где новые строки появляются поверх существовавших. В художественном тексте «переплетаются», соединяясь, знаки, восходящие к разным произведениям, сочетаются элементы других текстов-предшественников. «Каждый текст представляет собой новую ткань, сотканную из старых цитат, и в этом смысле каждый текст является интертекстом, другие тексты присутствуют в нем на разных уровнях, в более или менее узнаваемых формах». 4 Благодаря интертекстуальным связям текст одновременно выступает и как «конденсатор культурной памяти», и как «генератор новых смыслов» (Ю. М. Лотман), которые возникают в результате преобразования цитат, диалога с литературной традицией, новых комбинаций уже известных в истории культуры элементов, см., например, стихотворение А. Еременко «Переделкино», плотность цитат в котором приближает его к центонному: И я там был, мед-пиво пил, Изображая смерть, не муку, Но кто-то камень положил В мою протянутую руку. Одним из ключей к интерпретации рассказа И. Бунина «Чистый понедельник» служат межтекстовые (интертекстуальные) связи произведения, проявляющаяся во включении в него фрагментов других текстов или отсылки к ним. В рассказе трижды используются цитаты из «Повести о Петре и Февронии». Значимы сам выбор фрагментов из этого древнерусского текста и их последовательность. Героиня рассказа цитирует начало «Повести»: «Был в русской земле город, 4  Барт Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика. — М., 1989. — С. 88 . 10
названием Муром, в нем же самодержствовал благоверный князь, именем Павел. И вселил к жене его диавол летучего змея на блуд. И сей змей являлся ей в естестве человеческом, зело прекрасном...» Затем приводится конец житийного текста: «Она, не слушая, продолжала: — Так испытывал ее Бог. «Когда же пришло время ее благостной кончины, умолили Бога сей князь и княгиня преставиться им в един день. И сговорились быть погребенными в едином гробу...» Мотиву соблазна и греха противопоставляется, таким образом, полное единство в истинной любви, прошедшей все жизненные испытания и перешедшей в вечность. Не случаен выбор цитируемого текста: Петр и Феврония воплощают образ небесного брака и являются его покровителями, хранителями целомудрия, душевной и телесной чистоты, их молитва, предстательство помогают «отражать разженные стрелы искушений диавольских» («Акафист святым Петру и Февронии», кондак 4). Само имя благоверной княгини —Феврония (от латинского слова Ferbrutus — «день очищения») — коррелирует с заглавием рассказа «Чистый понедельник» и соотносится с мотивом поиска героиней чистоты и цельности, с мотивом духовного подвига. Третья же цитата из «Повести о Петре и Февронии» — повтор первой, но это уже оценка героя рассказа: Конечно, красив... «Змей в естестве человеческом, зело прекрасном». Тема соблазна и искушения проецируется, таким образом, на отношения персонажей «Чистого понедельника»: отказавшись от «диавольского», героиня выбирает «божественное». Выбор ее находит отражение в динамике образных средств текста. Межтекстовое пространство, объединяющее претексты (тексты- предшественники) и «новый», «младший» текст, понимается достаточно широко: оно включает не только собственно тексты литературных произведений, но и устойчивые жанровые формы, сюжетные схемы, архетипические образы и образные формулы, «чужие» высказывания, связанные с тем или иным культурным кодом. Так, в пьесе А.П. Чехова 11
«Вишневый сад» высказывания персонажей отсылают к идеям, утратившим на рубеже XIX—XX вв. прежнюю влиятельность и высоту». Реминисценция в этом случае указывает на вульгаризованный источник, фиксирует комедийную дистанцию между «оригиналом» и «списком». 5 В речи Прохожего, например, смешивающего Надсона с Некрасовым, используются ключевые для народничества цитаты из произведений этих поэтов, Симеонов-Пищик вульгаризирует Ницше. Одновременно в комедии Чехова обыгрываются сюжетно-композиционные схемы ряда других текстов: так, «любовный треугольник слуг (Яша — Дуняша — Епиходов) ориентирован на трио "комедии масок" (Арлекин — Коломбина — Пьеро). А в несходстве Ани и Вари отражается полярность евангельских Марии и Марфы» 6 Выявление «чужих» текстов, «чужих» дискурсов в составе анализируемого произведения определение их функций составляет интертекстуальный аспект его рассмотрения. Соотнесенность же одного текста с другими (в широком их понимании), определяющая его смысловую полноту и семантическую множественность, называется интертекстуальностью. Интертекстуальные элементы в составе художественного произведения разнообразны. К ним относятся: 1) заглавия, отсылающие к другому произведению; 2) цитаты (с атрибуцией и без атрибуции) в составе текста; 3) аллюзии; 4) реминисценции; 5) эпиграфы; 6) пересказ чужого текста, включенный в новое произведение; 7) пародирование другого текста; 8) «точечные цитаты» — имена литературных персонажей других произведений или мифологических героев, включенные в текст; 5  Альми И.Л. Статьи о поэзии и прозе. — Владимир, 1999. — Кн. 2. — С. 241. 6  Там же. — С. 242. 12
9) «обнажение» жанровой связи рассматриваемого произведения с текстом- предшественником и др. 7 Интертекстуальный подход к художественному произведению получил особенно широкое распространение в последние десятилетия в связи с развитием концепции интертекстуальности в постструктуралистской критике (Р. Барт, Ю. Кристева и др.), однако выявление в тексте значимых для его организации и понимания цитат и реминисценций, установление его связей с другими текстами, определение и анализ «бродячих» сюжетов имеют давние и глубокие традиции. Объектом рассмотрения интертекстуальных связей могут служить не только современные тексты, но и тексты классической литературы, также пронизанные цитатами и реминисценциями. В то же время особый интерес вызывает интертекстуальный анализ таких текстов, для которых характерно «пересечение и контрастное взаимодействие разных «текстовых плоскостей», размывание границ между ними, текстов, где авторские интенции реализуются прежде всего в монтаже и преобразовании разнородных интертекстуальных элементов. Например, у современных драматургов такие мотивы, как мотив дома, слома и гибели трансформируются, а мотивы одиночества, иллюзорного счастья и несчастья остаются неизменными, не модифицируются, потому что герои современных авторов не меняются. И чеховских героев, и героев современных авторов объединяет то, что способ их существования за сто лет не изменился: они по-прежнему ничего не делают, но до хрипоты спорят о будущем страны. Мотив дома в пьесе А.П. Чехова показан через образ вишневого сада и раскрыт через символическую деталь ключей, у А.И. Слаповского в пьесе «Мой вишнёвый садик» мы видим в образе дома чердак, для раскрытия которого автор использует такую символическую деталь, как цветы. Чеховский образ вишневого сада в современной пьесе А.И. Слаповского трансформируется в чердак. Мотив слома, присутствующий в пьесе А.П. Чехова, также прослеживается в пьесе А.И. Слаповского. Образы вишневого 7  Фатеева Н.А. Типология интертекстуальных элементов и связей в художественной речи // Изв. РАН. 13
сада и чердака рушатся. Но А.И. Слаповский в своем произведении идет дальше А.П. Чехова, он пытается трасформировать мотив слома в мотив построения. Этой связующей символической деталью является вишневое деревце, которое было сломано, но остался тот корешок, дающий надежду на возрождение «вишневого садика». Чеховский мотив гибели в пьесе «Мой вишневый садик» претерпевает трансформацию: из мотива гибели он преобразовывается в мотив возможного возрождения. Так, показывая гибель целой эпохи, в которой «жили погано, но жили все – таки хорошо», автор все же дает читателю надежду на возрождение страны через деревце, корешок которого герои пытаются найти на разрушенном чердаке, чтобы «вишневый садик развести». Первичной целью любого текста является выражение смыслового содержания. Если при анализе любого текста необходимо опираться на семантику языковых единиц, то смысл текста произведения строится на основе любых, произвольных ассоциаций автора и опирается на сюжет, композицию и авторский замысел в целом. Задачей исследователя является понимание того, «чего автор хотел добиться, создавая данный текст, смысл текста как высказывания в контексте творчества автора и одновременно как реплики в полилоге национальной и мировой литературы» 8 . Функциональные возможности интертекста поистине неисчерпаемы – как неисчерпаемо и разнообразие форм, в которых обнаруживает себя действие интертекста. Явления интертекста присутствуют во всех сферах культуры, в искусстве, в литературе, в языке. Все окружающие человека события пронизаны интертекстом, который можно считать универсальным механизмом культурной памяти. Причем, это не пассивная (констатирующая), а активная (перерабатывающая) память. Интертекст представляет собой не только констатацию прошлого опыта, но и активную его эксплуатацию, его продолжение и развитие. Это важнейший культурогенный фактор в опыте 8  Долинин К.А. Текст и произведение // Русский текст: Российско-американский журнал по русской филологии. 1994. №2. С.14 14
человека. Интертекст - это присутствие одного текста (текстов) в другом, а интертекстуальность - различные явления, отношения, которые возникают на основании интертекста 9 .
III.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Предлагаемый подход обеспечивает новый способ чтения, каждая интертекстуальная отсылка - это место альтернативы: либо продолжать чтение, видя в ней лишь фрагмент, не отличающийся от других и являющийся частью его строения, либо для адекватного понимания данного текста ему необходимо обратиться к тексту-источнику, осуществив своего рода «интеллектуальный анамнез». При таком исследовательском подходе, с одной стороны, следует учесть, что во взаимоотношениях исследователя и текста, исследователь не может быть внеположен тексту, они оба находятся в диалогическом взаимодействии, выступают как единая система. С другой стороны, процедура такого подхода к анализу не может быть подвергнута верификации и контролю, так как структура художественного текста неисчерпаема и бесконечна. Понимание роли интертекстуальных включений зависит не столько от эрудированности юного читателя, сколько от смысловой стратегии самого письма: некоторые произведения, сочетая в себе маскировку и неизбежное разоблачение, требуют дешифровки интертекста как условия истолкования его скрытого смысла. Например, эпиграф к произведению побуждает читателя- старшеклассника использовать как свою память и знания, так и умение придать законченный смысл взятому из контекста фрагменту. Именно на читателя возлагается задача объяснить значение того или иного интертекстуального элемента, поэтому эпиграф предполагает ретроспективное прочтение и требует от читателя активного участия в выработке смысла произведения. Эпиграфы стимулируют мысль читателя, т.к. «представляют смысл текста в подвешенном состоянии и придают ему загадочность». 10 9  Фатеева Н.А. Интертекст в мире текстов: Контрапункт интертекстуальности. – М.:КомКнига, 2007 10  Пьего-Гро Н. Введение в теорию интертекстуальности. – М.: Изд-во ЛКИ, 2008 15
Учителю-словеснику не стоит забывать о том, что интертекстуальные включения не навязывают какой-то определённый способ прочтения авторских текстов, не требуют от читателя-старшеклассника быть эрудитом, они лишь предлагают некие смыслы, которые он актуализирует по-своему. Интертекстуальность как бы оставляет текстовые смыслы недостроенными, и читателю предстоит понять то, что сказано намёками, и на этой основе построить смысл прочитанного; она предполагает наличие сообразительного читателя, способного вслушаться в двойственное звучание текста. Однако интертекстуальность может превратить его и в партнёра в той игре, которую она ведёт с его знаниями и памятью. Тогда литературная культура становится не признаком превосходства, а условием участия в игре. Учителю важно подчеркнуть недостоверный характер интертекста: он ведь может остаться и незамеченным, и именно поэтому, когда он всё же обнаружен и понят, читатель испытывает удовольствие как от увлекательной игры, ведь ему удалось уловить авторский намёк. памяти следы какого-то художественного произведения, которое начинает воспринимать совсем иначе, т.к. оно оказалось включённым в другой авторский текст. Так интертекстуальность заставляет авторские тексты взаимодействовать между собой подобно деталям конструктора; она подталкивает читателя по-новому взглянуть на известные им произведения. Итак, работа учителя с одаренными детьми – это сложный процесс. Он требует от учителя личностного роста, знаний в области психологии одаренных и их обучения, а также тесного сотрудничества с другими учителями. Это труд, требующий огромных душевных, эмоциональных и физических затрат, но, несомненно, приносящий удовлетворение. Сотрудничество учителя и одаренного ребенка ведет к взаимному обогащению. Возможно, ребенок не свяжет свою жизнь с литературой, но именно она может стать пространством для его личностного роста. 16

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Анализ мифологем и концептов как путь к пониманию литературного произведения / авт. Левинская Н.А Ломакина. 2. Методика интертекстуального анализа / авт. В.П. Москвин. - [б.м.] : Известия ВГПУ. Филологические науки. 3. Поэтика русского рассказа конца XX - начала XXI века. Учебное пособие/ авт. О.В. Сизых. 4. Проблемы текстообразования и художественный текст (на материале русской прозы IX и XX вв.)/ авт. М.Я. Дымарский. - М. : 2-е изд., 2001 С.328. 5. Подготовка учащихся к Всероссийской олимпиаде по русской литературе. Ляпаева П.В., к.ф.н., доцент 6. Филологический анализ текста. Пожидаева О.В., к.ф.н., доцент 7. Литературоведческий аспект проблемы интертекстуального подхода к анализу художественного произведения в старших классах/Интернет- журнал "Науковедение", выпуск 5 (24), сент.-окт. 2014 8. Интертекстуальность: Понятийный аппарат. Фигуры, жанры, стили, Москвин В.П. 3-е изд. М., 2015 9. Понятие интертекста. Теория интертекстуальности на сайте "Слово Текст Язык") 10.Избранные работы: Семиотика. Поэтика. Барт Р. — М., 1989. 11.Статьи о поэзии и прозе. Альми И.Л. — Владимир, 1999. 12.Типология интертекстуальных элементов и связей в художественной речи. Фатеева Н.А. // Изв. РАН. Долинин К.А. Текст и произведение // Русский текст: Российско-американский журнал по русской филологии. 1994. №2. 13.Текст и произведение // Русский текст: Российско-американский журнал по русской филологии. Долинин К.А.. 1994. №2. 14.Интертекст в мире текстов: Контрапункт интертекстуальности. Фатеева Н.А. – М.: КомКнига, 2007 17
15.Введение в теорию интертекстуальности. Пьего-Гро Н. – М.: Изд-во ЛКИ, 2008. 18